![5 фэнтези-романов для любителей черного юмора](https://n1s2.hsmedia.ru/74/54/14/745414ba7004a32c7a4e06b4eecdecf5/728x410_1_6cbcf44ab59ab1ee8d7626852aa51db3@960x541_0xac120004_19259851951682432004.jpeg)
Когда слышишь слово «фэнтези», первым делом возникают ассоциации с чем-то эпическим и драматичным. А если, например, это «темное фэнтези» — с чем-то брутальным и кровавым. Все это, казалось бы, не очень-то сочетается с юмором. Но, если присмотреться, выясняется, что юмор достаточно органично дополняет жанр, избавляя от чрезмерного пафоса и позволяя подчас немного разрядить напряженную обстановку. Книги, которые мы приводим в пример, не становятся от этого менее серьезным фэнтези.
«Первый закон», Джо Аберкромби
У читателей есть много причин любить книги Аберкромби: он мастер в умении создавать живых и неоднозначных персонажей, смело обыгрывать жанровые штампы или выписывать захватывающие интриги и боевые действия. Конечно, нельзя не отметить и черный юмор, по-британски изобретательный и тонкий. Весьма мрачные сюжеты и изящная ирония рассказчика создают выразительное сочетание, за которым к романам Аберкромби хочется возвращаться снова и снова. Недаром одним из любимейших героев цикла стал калека-инквизитор, горько иронизирующий над собственными недугами.
«Первый закон» — дебютная трилогия писателя, подарившая ему заслуженную скорую популярность, а также впервые представившая читателям мир, который Аберкромби будет развивать во многих своих последующих романах. Основным местом действия первых книг становится крупнейшее государство — Союз, раздираемый интригами и окруженный неприятелями с севера и с юга. Возвращение того, кто называет себя Первым магом, начинает стягивать воедино нити судеб разрозненных персонажей, которые определят будущее Союза. Если выживут.
«Мерзкая семерка», Кэмерон Джонстон
Роман Кэмерона Джонстона во многом строится вокруг идеи на новый лад обыграть классический сюжет о небольшой команде выдающихся героев, которая противостоит целой армии. Только вместо героев у нас отъявленные антигерои, которые вдобавок имеют немало счетов друг к другу. Но так уж вышло, что у них появился общий враг (или «другие опасности, которые могут подстерегать вас на пути создания Империи Света и обращения континента в единую веру»).
Демоническая колдунья Черная Герран, их бывший генерал, зовет своих постаревших соратников в еще один бой. Ни у кого нет причин доверять ей, но Империя Света успела насолить и древнему вампиру, и бывшему богу войны. Даже королева пиратов и предводительница орков понимают, что абсолютная «Победа Добра» рано или поздно выйдет им боком.
Действие «Мерзкой семерки» разворачивается в мире, где нет хороших ребят, но при этом книгу нельзя назвать угнетающей. Она именно что мрачно-веселая: текут реки крови, герои отстаивают каждый свои интересы как могут, при этом проявляя свой колоритный характер. Все при деле. Вышла динамичная, магическая и вместе с тем драматичная история, отдельные элементы которой лучше всего объединяет, как ни странно, ненавязчивый и мрачноватый юмор.
«Реки Лондона», Бен Ааранович
Роман «Реки Лондона» открывают цикл детективного городского фэнтези «Питер Грант», на страницах которого начинающему констеблю придется иметь дело с призраками, древними духами, магами и различными чудовищами. Во время стажировки Питер нечаянно привлекает внимание последнего лицензированного волшебника и становится его учеником. Это предполагает перевод в особый отдел, который занимается сверхъестественными преступлениями.
Первым делом при знакомстве с Питером Грантом в глаза бросается, пожалуй, то, насколько легко он относится ко всему происходящему с ним и безумию вокруг него. Имея дело с потусторонними убийцами, довольно простой парень Питер может противопоставить им зачастую только свою смекалку (волшебными талантами он вроде как обладает, но еще не успел ими толком овладеть). Что тут скажешь? Ирония — великолепный защитный механизм, а полицейский юмор — вообще святое дело.
Ааранович здорово оживляет Лондон, избавляя его от налета показного лоска, зато погружая в историю и атмосферу. Здесь происходит много удивительного, и далеко не все удивительное связано с магией. Иногда, например, с джазом и красивой женщиной, в чем читатели смогут убедиться, прочитав второй роман, выходящий вскоре.
«Я, инквизитор», Яцек Пекара
Цикл темного фэнтези от польского автора Яцека Пекары состоит из нескольких сборников коротких детективных историй, которые повествуются от лица инквизитора Мордимера Маддердина. Мордимер — подонок, но подонок по-своему обаятельный и искренне верующий. Правда, в иную версию христианства, нежели в нашем мире: у Пекары Иисус сошел с креста и покарал своих обидчиков, а после сам основал инквизицию, даже более суровую, чем та, которую мы знаем по учебникам истории. Рассказчик из Мордимера вышел колоритный и красноречивый, с юмором таким же черным, как его сердце. Мордимер путешествует в компании весьма опасных личностей и расследует различные темные дела: где по долгу службы, а где ради личной выгоды.
Рассказывая о своем мастерстве дознавателя и мучителя, читателей Мордимер панибратски называет «милые мои», а также сопровождает свои истории цитатами из местной Библии (все как положено по ремеслу, в общем). Приятным человеком его не назовешь, но он не лишен принципов: темное Средневековье на фоне и легкая, шутливая интонация вместе составляют неожиданно гармоничный крепкий коктейль, который идеально подходит для недолгого, но головокружительного книжного запоя.
«Умирающая Земля», Джек Вэнс
Культовый цикл Джека Вэнса был написан в середине прошлого века, но до сих пор не теряет своей актуальности. Отчасти благодаря уникальному настроению, которое удалось поймать автору — плутовское фэнтези в декорациях неизбежного увядания целой планеты на закате времен под светом Красного гиганта, в который превратилось наше Солнце, — а отчасти благодаря хлесткому юмору, с которым автор пишет о вечных для человеческой природы вещах.
Например, пройдоха Кугель вечно пытается надуть всех вокруг ради собственной выгоды, но то и дело оказывается обманут сам. «Могущественные» волшебники обладают лишь бледной тенью былого могущества, но продолжают нелепо состязаться между собой. Сквозь последние дни, описанные с изрядной долей абсурдности, в то же время бредут совершенно жизненные типажи.